все об охоте Главная, охота:"Весенняя охота по перу", В.Е. Герман

"Весенняя охота по перу", В.Е. Герман

Весна! Какой радостью наполняются сердца охотников от этого слова. Весна пришла! Это значит, кончилась зимняя стужа, отшумели вьюги-метели, проснулась природа от долгой спячки. Это значит, на пригорках появились первые проталины, на потемневших дорогах важно разгуливают раньше всех прилетевшие грачи, а на деревьях, возле своих домиков, весело поют и хлопочут жизнерадостные скворцы.

бесплатный хостинг и сервер

В первую очередь это возможность аренды выделенного и виртуального серверов. Данные услуги в основном касаются крупных предприятий, а не отдельных лиц. И по моему опыту могу сказать, что не каждый дата-центр может себе позволить такой функционал, как аренда выделенного сервера.

С каждым днем весна все настойчивее вступает в права. Ее признаки становятся ярче, заметнее, и хотя в глухом лесу еще лежат глубокие снега, но опытный глаз охотника уже видит рядом с обычными глухариными следами-крестиками глубокие бороздки, прочерченные в снегу. Это «зачертил» распущенными перьями крыльев почуявший приближение весны глухарь. Значит, мошник начинает готовиться к току и скоро запоет.

А краснобровые тетерева, сидя на деревьях лесной опушки и греясь в лучах весеннего солнца, начинают проявлять странное беспокойство и время от времени принимаются бормотать, причудливо вытягивая шеи и опуская крылья. Правда, поют они еще робко и неуверенно, но с каждым днем их песня звучит все громче и отчетливее.

Вот с журчанием потекли первые ручейки, снег темнеет и оседает, проталины становятся заметнее, а на порозовевших березках набухают и зреют клейкие почки.

На подтаявших полях звонко запели прилетевшие жаворонки, появились первые чибисы и дикие голуби. По ночам высоко в поднебесье слышны гортанные крики гусиных табунов, музыкальное курлыканье журавлиных стай и мелодичное пересвистывание летящих с юга куликов.

Проходит еще несколько дней, и на вздувшихся, но еще не тронувшихся речках появляются первые табунки нарядных, одетых в брачное перо кряковых селезней, а вслед за ними прилетают и их скромные серенькие подружки. Валом пошла с теплых краев птица.

Летят нырковые утки, свиязь, чирки, казарки, бекасы и многие другие представители царства пернатых.

На утренних зорях азартно, уже в полный голос бормочут и чуфыкают тетерева, вначале на деревьях около лесных полян и опушек, а потом на земле, слетаясь группами на излюбленные токовища. В заснеженном еще бору на окраинах моховых болот защелкали и заточили угрюмые глухари, а в перелесках появились первые вальдшнепы. Весна полностью вступила в свои права.

Как электрическая искра, облетела охотников радостная, волнующая весть — «тянут»! Это короткое как будто ничего не говорящее слово для охотников — долгожданный сигнал. Тянут вальдшнепы — это значит, пришла пора весенней охоты. Пора, которую так долго ожидали охотники-спортсмены, о которой так часто мечтали они в студеные зимние вечера, когда за окном шумели вьюги и тяжелыми хлопьями падал снег. Весенняя охота началась. Еще раз прочищаются ружья, пересчитываются готовые патроны, проверяются снаряжение, одежда, обувь охотника. Наконец все приведено в порядок, и можно отправляться на охоту.

Охота! Как много ярких воспоминаний связано у охотника с пережитыми скитаниями с ружьем по полям и лесам, по рекам, озерам и болотам.

...Темная весенняя ночь. Еще не начало светать, но какие-то неуловимые изменения воздуха, какая-то молочная дымка, разлитая вокруг, говорят о приближении утра.

Глухой старый бор. Огромные сосны и мохнатые ели окружают вас. На земле — поваленные бурей деревья. Еще не растаявший снег лежит в тенистых местах; в низинах и ямах скапливается вешняя вода. Странные, причудливые формы, напоминающие сказочных чудовищ, принимают в темноте кусты можжевельника, растущие на склонах мохового болота. Вот одно из этих чудовищ тянет к вам свои мохнатые, цепкие лапы, как бы собираясь наказать за дерзкое нарушение его владений.

Слух напряжен до предела. Руки крепко сжимают ружье, глаза сверлят темноту ночи. Внезапно громкие, ликующие крики раздаются совсем близко. Невольно вздрагиваешь и поворачиваешь голову на звук. Это перекликаются на моховом болоте журавли. Теперь — скоро...

И вот новые, так хорошо знакомые звуки послышались в стороне. «Квог, квоог, цси» — явственно доносится до вас. Это протянул невидимый в темноте первый утренний вальдшнеп.

Но сегодня вы пришли в лес не за ним. Сегодня вы ждете других звуков, другого певца. А вот и он! На окраине мохового болота кто-то произносит отчетливо и ясно «Дак! Дак!» — и после короткого промежутка переходит на щелканье: «Тэ-кэ, тэ-кэ, тэ-кэ». Это запел глухарь.

Сразу исчезает все: и темный лес, и чудовища-кусты, и ямы, наполненные водой, — остается только он один, лесной великан, древнейшая птица наших лесов, сохранившаяся у нас еще с времен каменного века.

Ждешь несколько минут и, как только глухарь с щелканья перешел на точение: «кичивря, кичивря», делаешь несколько скачков по направлению песни. Все чаще и азартнее поет глухарь, все ближе и отчетливее доносятся к вам колена его песни. Вот и край болота. Редкие сосны растут на его склонах. С одной из этих сосен и льются звуки глухариного пения. Теперь особенно осторожно надо подскакивать к поющей птице, замирая в короткие паузы между двумя песнями.

Глухарь поет над вашей головой. Напряженно всматриваетесь вы в очертания сосновых лап. На самой макушке сосны — что-то похожее на силуэт птицы. Сердце бешено колотится в груди, руки дрожат от волнения. Нет, это не глухарь, это просто темная ветка. Где же он?

Внезапно вы отчетливо видите поющего глухаря. Вот он — значительно ниже, всего в полдерева, на толстом суку. Широко распустив хвост и опустив крылья, певец ходит по ветке и, принимая замысловатые позы, поет свою песню, песню торжествующей весны. Гулко раскатывается по лесу выстрел. Многоголосое эхо несколько раз повторяет его. Ломая ветви, с треском валится лесной великан вниз и тяжело ударяется о землю...

...А вот и другое воспоминание возникает у вас. Острым клином вдается озимое поле в молодой березовый лесок. На его опушке искусно сплетенный шалаш. Еще ночью вы пришли на место и укрылись в нем. Кругом тишина. Внезапно раздается сильный шум крыльев, и невидимая в темноте птица опускается на землю недалеко от вашего шалаша. За ней вторая, третья...

«Чу-ффишш!» — восклицает первый тетерев, и слышно, как он подпрыгивает на месте. Ему отвечает другой. Вслед за этим тетерева переходят на «бормотанье», и их переливчато-звонкое пение раздается вокруг шалаша. Временами то один, то другой петух прерывает свою песню и, задорно чуфыкнув, подпрыгивает на месте, громко хлопая крыльями.

Рассвет открывает незабываемую картину: со всех сторон, и близко, и вдали от шалаша, поют тетерева. Блестящее черное оперение с белыми отметинами под крыльями и распущенными лирообразными хвостами четко обрисовывает поющих косачей.

Вот один из петухов вызывающе чуфыкнул и, подпрыгнув вверх, устремился к соседнему тетереву. Тот принимает вызов и, чуфыкнув в ответ, бежит навстречу. Между противниками завязывается ожесточенная драка, во все стороны летят перья.

Вы поднимаете ружье, берете драчунов на мушку и плавно нажимаете на спусковой крючок...

...И снова вы в шалаше, только на этот раз не на опушке березового леса, а на берегу залива широко разлившейся в весеннее половодье речки. Непрерывно кричит на воде ваша подсадная утка. Время от времени над рекой проносятся стайки чирков, на берегу, в стороне от шалаша, звонко пересвистываются кулики. На опушке спускающегося к реке леса задорно кричат, как будто ссорятся между собой, суетливые дрозды, где-то в лугах уныло плачет чибис, проделывая в воздухе свои фигуры высшего пилотажа.

Внезапно над шалашом раздается сильный свист крыльев. Нарядно одетый в брачные одеяния кряковой селезень кружит над вами. Подсадная кричит в осадку и, как бы танцуя на воде, старается привлечь внимание селезня. Круги его становятся все уже, все ниже спускается он к воде и, наконец, звучно шлепается в двадцати шагах от утки. Приняв молодцеватый вид и вытянув шею, красавец-селезень быстро плывет к коварной подруге. Выстрел прекращает его движение, и селезень остается на месте. Широко распластав крылья, он красиво выделяется на гладком зеркале залива...

Весенняя охота по перу строго ограничена сроками и объектами охоты. Охотиться разрешается с прилета птицы около месяца. Подавляющее большинство птиц весной нельзя стрелять — это наносит серьезный ущерб охотничьему хозяйству.

Нельзя стрелять рябчика, даже петушка, так как в выращивании молодняка активно участвуют оба родителя. По этим же причинам не разрешается стрелять белых и серых куропаток, камышниц, куликов и многих других птиц. Нельзя охотиться на бекасов, дупелей, на перепелов и гаршнепов, так как случайно можно убить самку, а это значит полностью уничтожить будущий выводок.

Весной разрешается стрелять только самцов вальдшнепов на тяге, селезней — из шалаша с подсадными утками и чучелами, глухарей и тетеревов — на току. На весенней охоте спортсмен-охотник обязан быть особенно дисциплинированным и точным. Он должен твердо помнить, что выстрелом по налетевшей или поднявшейся с воды стайке уток можно свалить вместо селезня утку, а значит — загубить не только ее, но и будущее потомство.

Идя на тягу, нельзя стрелять по взлетевшему из-под ног вальдшнепу: птица может оказаться самкой, так же как и при выстреле по поднявшемся тетеревам можно убить тетерку.